В Дагестане власть перешла от отца к сыну

После долгого и, как показалось буквально всем наблюдателям, мучительного раздумья Кремль определился вчера с кандидатурой нового президента Дагестана. Буквально на днях -- уже сегодня или в крайнем случае в четверг -- Народное собрание республики рассмотрит и утвердит кандидатуру Магомедсалама Магомедова. Таким образом, первый президентский срок Муху Алиева так и остался единственным: он уходит в отставку и передает полномочия сыну своего предшественника на посту главы республики, бывшего главы Госсовета Дагестана Магомедали Магомедова.

Это уже второй случай своеобразного непрямого наследования региональной власти на Северном Кавказе. Первый имел место после того, как третьим послевоенным президентом Чечни стал сын первого -- Рамзан Кадыров заменил погибшего в результате теракта Ахмат-хаджи Кадырова. Прямое наследование в чеченском случае было исключено в силу молодости кандидата, поэтому на промежуточный период республику доверили президенту-"регенту" Алу Алханову, во временном характере полномочий которого никто в Грозном не сомневался с самого начала.

В Дагестане ситуация несколько иная. Хотя в 2006 году, после утверждения кандидатуры Муху Алиева, многие его оппоненты предрекали ему скорый конец политической карьеры хотя бы в силу преклонного возраста (г-ну Алиеву в этом году исполняется 70), федеральный центр все же сделал несколько робких попыток убедить республику, что этот политик олицетворяет совершенно новые принципы управления. И должен исправить нагромождение пороков, образовавшееся в Дагестане в течение 15 постсоветских лет. Теперь Кремль сделал парадоксальный кадровый ход -- вернул к руководству республикой группу влияния, которую четыре года назад, правда при другом президенте России, всячески старался отодвинуть от рычагов власти.

Можно с уверенностью предположить, что депутаты Народного собрания, планирующие провести сессию в четверг, дисциплинированно проголосуют за Магомедсалама Магомедова. На самом деле депутатский корпус республики расколот на несколько групп, жестко конфликтовавших друг с другом в течение последних трех месяцев, пока президент страны определялся со своими предпочтениями. Однако всем депутатам предстоит работать с новым главой республики до конца полномочий парламента, а желательно и в составе следующего созыва. Поэтому ожидать от народных избранников серьезных демаршей пока не приходится.

В Дагестане уже зазвучали одобрительные комментарии, смысл которых сводится к тому, что Магомедсалам Магомедов действительно лучший из кандидатов, которых было, напомним, пятеро в списке, подготовленном еще прошлой осенью партией "Единая Россия". 46-летний Магомедов-младший имеет основательное экономическое образование и опыт работы в коммерческих структурах, занимавшихся разработкой проекта освоения дагестанского нефтеносного шельфа. Его считают очень состоятельным человеком, что, с одной стороны, неудивительно с учетом длительности пребывания у власти его отца Магомедали Магомедова, а с другой -- позволяет людям надеяться, что этот политик лично не заинтересован в каком бы то ни было мздоимстве и торговле должностями. В Махачкале Магомедсалам Магомедов слывет снобом -- чего не скажешь о другом президенте-наследнике, Рамзане Кадырове, -- но это качество, кажется, не может считаться серьезным недостатком политика.

Наиболее вероятными кандидатами из пятерки, как неоднократно писала газета "Время новостей", были сам Муху Алиев и аспирантский знакомый Дмитрия Медведева Магомед Абдуллаев. Последнему несколько месяцев назад выделили кабинет в махачкалинском Белом доме, спецсвязь и охрану из ФСО, но затем г-н Абдуллаев неожиданно покинул Дагестан. В республике не жалеют об этом: слишком очевидно, что академический юрист Магомед Абдуллаев, никогда не имевший отношения к власти, не справился бы с сильнейшими дагестанскими группами влияния. Муху Алиеву припомнили его преклонный возраст и несколько весьма неоднозначных ситуаций, складывавшихся в течение его президентства то в области кадровой политики (неудавшееся назначение нового главы УФНС по Дагестану год тому назад), то в области административного нажима при проведении выборов (скандальное голосование в Дербенте 11 октября прошлого года -- итоги этих выборов отменил суд).

Бывший сенатор от Смоленской области Магомед Магомедов, также входивший в число кандидатов, в последнее время был больше известен своей работой на федеральном уровне, являясь советником председателя Совета Федерации. Начальника управления федерального казначейства по Дагестану Сайгидгусейна Магомедова, который фигурировал в списке кандидатов и в 2006 году, на этот раз явно дискредитировали сообщения о коррупции в его ведомстве и о некоторых его контактах с людьми, имевшими отношение к вооруженному подполью. Эти сообщения во множестве появились в ходе информационных войн между кандидатами. И как ни оценивать меру их соответствия действительности, явно уменьшили шансы главы казначейства, хотя некоторые эксперты и называли его кандидатом "от силовиков".

Можно предположить, что большей части команды Муху Алиева придется "собрать чемоданы" вслед за уходящим президентом. Г-н Алиев сам упустил шанс на обеспечение безболезненной преемственности интересов при таком развитии событий. В начале своего правления, когда нынешний расклад казался совсем уж маловероятным, президент Дагестана, вместо того чтобы, как ожидали многие в республике, оставить за Магомедсаламом Магомедовым руководство парламентом, поссорился и с ним, и с его почтенным отцом. Теперь, однако, выяснилось, что симпатии и антипатии центра непостоянны, зато на месте старую обиду вспомнят почти наверняка.

Есть некоторая вероятность, что Магомед Абдуллаев, аспирантский знакомый президента России, все же появится в новой команде -- возможно, даже в качестве премьер-министра республики. Магомедсалам Магомедов -- даргинец, а первые три поста (президент, премьер и спикер) в Дагестане традиционно распределяются между аварцами, даргинцами и кумыками. Аварцы будут, бесспорно, недовольны тем, что утратили президентское кресло. Но шанс на то, что у Магомедсалама Магомедова появится такая же сплоченная аварская оппозиция, какая была у его отца, невелик: за время правления Муху Алиева аварский альянс раскололся. Один из его бывших лидеров, глава Кизлярского района Сайгид Муртазалиев, уже объявил, что поддержит нового президента, хотя самого г-на Муртазалиева, которого в Дагестане принято сравнивать с Рамзаном Кадыровым (политиков связывают узы дружбы), тоже считали одним из вероятных кандидатов в президенты. Считается, что Магомедсалам Магомедов пользуется расположением известного миллиардера дагестанского происхождения Сулеймана Керимова, который приложил немало усилий к лоббированию внесенной кандидатуры.

Но это не значит, что недовольных не останется вовсе. К примеру, мэр Махачкалы Саид Амиров, который считает себя главным даргинским лидером и действительно обладает гигантским влиянием, по имеющимся данным, не в восторге от внесенной кандидатуры. И возможно, уже ищет себе союзников среди той части аварцев, которая теперь если и не окажется не у дел, то явно лишится части влияния. К таким аварским лидерам относится мэр Хасавюрта Сайгидпаша Умаханов, до последнего поддерживавший Муху Алиева. В любом случае Магомедсалама Магомедова в Дагестане многие воспринимают как президента, представляющего интересы двух групп -- отцовского окружения и дагестанской бизнес-элиты в Москве.

Но в политическом пространстве республики есть и другие центры силы, и теперь от таланта самого Магомедсалама Магомедова, а также от прочности его поддержки со стороны лоббистов и федерального центра зависит, сможет ли намечающаяся оппозиция выстроиться для сколько-нибудь серьезного противодействия. Не стоит также ждать мгновенного ослабления активности боевиков, которым, в сущности, все равно, кто именно представляет "оккупационный режим".

По имеющимся данным, в Дагестан прибывает новый полпред президента в недавно созданном Северо-Кавказском федеральном округе Александр Хлопонин, который, видимо, лично представит Магомедсалама Магомедова депутатам. Дагестан в любом случае имеет все основания вздохнуть с облегчением: промедление с назначением слишком очевидно дестабилизировало и без того непростую обстановку, а теперь пауза наконец закончилась. В принципе не так уж важно, кого именно выбрала Москва: после месяцев шквальной войны компроматов все пятеро кандидатов одинаково ослаблены. На месте г-на Магомедова мог бы оказаться любой из них, причем перспективы были бы неплохими в случае, если Москва и Пятигорск станут последовательно поддерживать главу республики, и самыми мрачными, если такой поддержки не будет.

Само по себе назначение Магомедсалама Магомедова дает основание рассуждать о том, что Москва не прочь прибегнуть к услугам крупных бизнесменов северокавказского происхождения в части помощи экономической реабилитации проблемных кавказских регионов. Кроме Дагестана такие проекты могут получить новый импульс в Ингушетии, где многие надеются на возвращение опального экс-главы "Русснефти" Михаила Гуцериева, в Чечне, да и во всех кавказских республиках, ставших родиной многих состоятельных людей.