Истерия: "Давай, Россия!"

Государство в государстве - так давно уже называют наше спортивное телевидение. И понятно: ведь оно занимало и занимает львиную долю всего экранного времени. Иногда спорт в ящике достигает наивысочайшего рейтинга (особенно во время интересных матчей или состязаний), а также является сегодня чуть ли не единственным проводником реального прямого эфира.

Откуда такая привилегия? От всеобщей любви? Можно сказать – да ведь, по статистике, почти 30% опрошенных голосуют за просмотр спортивных трансляций. Спорт несёт в себе некий мистический заряд, языческую ауру Олимпийских богов, он напоминает о колизеях древности, прообразах современных стадионов, где также создавались глобальные состязательные шоу, доводящие до смертоубийства проигравших прямо на арене. И тогда, в древности, зрители болели, и тогда интерактивно участвовали, поднимая большой палец вверх или опуская его вниз. Нынче спортсмены, к счастью, не гладиаторы. Однако в сражении за победу есть иногда что-то похожее на всеобщую жажду крови, есть возбуждение, переходящее в истерию некоторых чересчур возбуждённых телекомментаторов.

ЛУЧШЕ СТАДИОН, ЧЕМ ВОЙНА

Великий и двуликий спорт сегодня соткан из противоречий. Что это: физическая культура или битва за победу любой ценой? Здоровье или самоистязание? Героизм или бизнес? Тотализатор или рынок живого товара? Допинг или человеческая природа? Мы не заметили, как Олимпийские игры превратились из обычных соревнований в глобальную экономику и даже политику. Теперь проигрыш в спорте воспринимается почти как поражение всей страны! Спорт стал заменой войны. Мужское население во время соревнований просто нейтрализовано. Люди собираются на аренах, у экранов, болеют, но при этом вполне мирно переживают мощный выброс адреналина, который мог бы реализоваться на поле боя. Эмоции переполняют так, что с ними не могут справиться даже профессиональные телеведущие. Как, например, Дмитрий Губерниев, всерьёз заявлявший во время лыжных гонок, что болельщики должны «набить морду канадским телережиссёрам», которые мало показывают «наших».

Вот так в спортивное ТВ иногда включается и «неспортивное» ведение. Помнится, когда он же, комментируя конкурс Евровидения, где певец Билан и фигурист Плющенко покорили публику, называл их «спортивной дружиной», а затем неожиданно заявил, что «победили наши спортсмены». И это на эстрадном-то конкурсе!.. На этой Олимпиаде голосовая и интонационная истерия, связанная с желанием убедить телезрителя в том, что мы обязаны и даже должны получить всё золото мира, вылезала в эфир и нагнеталась как никогда часто и обильно.

При этом наша биатлонистка Ирина Зайцева уже давно получила от того же Губерниева кличку – Зайка, и это въедливое фамильярное обращение страна должна умилённо воспринимать как милую шутку комментатора. Биатлон, по мнению Губерниева, «это серьёзные деньги сегодня». Кто бы сомневался! Но и здесь мы в пролёте. Ведь по этому поводу (вновь цитирую его же) «наше лыжное руководство сказало – как пойдёт». И ещё одно «заявление»: «Хорошо, мы попали в цветочную церемонию». Теперь, оказывается, и это – достижение для закадрового обозрения. Один из лыжных тренеров после поражений в эстафетах сказал с экрана: «Проигрыш – это тоже результат». Конечно, результат! Но такой результат может получить ЛЮБОЙ человек, даже не спортсмен. Так о чём мы вообще говорим из ящика?!

«Спорт теперь ещё и политика». Когда об этом вновь заявили на последнем ток-шоу Малахова «Пусть говорят» (Первый канал) и зал разразился бурными аплодисментами, стало ясно, что мы проигрываем не только как государство, забывшее физкультуру – важнейшую часть развития общества, но и как якобы сверхдержава, потерявшая некие важные силы в виде лучших «спортивных боеголовок». Неслучайно же возникли дискуссии и по поводу визита Дмитрия Медведева в Ванкувер на церемонию закрытия зимних Игр-2010. Этому в прессе было придано внимание, похожее по значению на подписание договора СНВ-2, не меньше. А почему? Думается, всё по тем же причинам: раздувания страстей и нелепой телеистерии.

А КТО ГЕРОИ?

Рекорды и достижения всегда завораживают. Особенно когда они возникают у всех на глазах, в прямом эфире. Меня больше всего поражает уникальная фраза, которую накрепко прицепили к нашим спортсменам-олимпийцам представители СМИ: «Они защищают честь страны». Сильно сказано! Не по этой ли причине наша пресса (а телевидение – в первых рядах) выдвигает победителей в разряд не просто героев, а даже героев абсолютных (!), достигших прямо-таки заоблачных высот. О медалистах тут же слагают легенды, их интервью россыпью проходят сквозь прайм-тайм, в аэропортах нет места, куда установить видеокамеру. Они как будто в космос впервые слетали! Их лелеют и пиарят, поздравляют родные в эфире, лично по телефону президент и премьер… И наконец, их щедро награждают и одаривают, порой дорогими автомобилями, крупными суммами денег, которые могут исчисляться (по просочившимся в прессу сведениям) почти миллионом долларов… Но позвольте спросить: почему мы так упорно выделяем именно спортсменов из ряда других героев России? Разве талантливый учёный, совершивший открытие, или изобретатель, или офицер в горячей точке, солдат на посту, милиционер на улице, учитель в школе или геолог в Заполярье не защищают честь страны?! Разве они не достойны дорогого авто или должного денежного вознаграждения?!

Истерия вокруг спортивной героики, а также иллюзий глобальных побед вновь превращается на нашем телевидении в забытый культ, известный ещё в советские времена, когда в период холодной войны мы должны были показать Западу все свои возможности, включая и тайное «оружие» – спорт. На самом деле всю эту сверхгероику породили пропагандисты Третьего рейха – прославление победителей на Олимпиаде 1936 года в Берлине было очень профессионально снято на цветную плёнку, а затем показывалось во всех кинотеатрах. Мы эту традицию по-своему скопировали. Но и по сей день никак не можем избавиться от наваждения: превращать спортсменов на экране в суперменов, в особую, избранную касту героических деятелей. По этой причине происходящие вдруг поражения в спорте превращаются в некую трагедию, порождающую на телеэкране иллюзию, которую можно назвать так: «Шоу не удалось».

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Ответы, конечно, есть. Но и они могут не помочь, потому что требуется чуть ли не революция – как в спорте, так и в его освещении. Конечно, спорт – это зрелище, игра, особенная культура, язык символов и жестов, ставший международным, это необычная красота, граничащая с эротикой и культом тела. Всё это привлекает телезрителя. Мир соревнований завораживает, а поражённые вирусом спорта уже не могут не болеть.

Однако после Олимпиады мы получили новые варианты спортивных шоу на экране: тотальные разборки и поиски правых и виноватых. Может, впору затеять большой судебный процесс (очень рейтинговый контент на ТВ) по поводу олимпийских неудач?! Такие попытки уже происходят. Народ, конечно, хочет знать – что да как. Но мудрые люди понимают, что, даже сменив руководство и тренеров, мы ничего не решим. История с Гусом Хиддинком это подтвердила. Улучшить можно, но победить – нет! И деньги не помогают. Для больших побед нужно что-то другое. И это «что-то» у нас куда-то испаряется, причём с катастрофической скоростью. А потому и песенка, столь любимая Первым каналом и именуемая «Давай, Россия!» (или «Россия – чемпионка!»), звучит нынче несколько иронично и издевательски. Кому «давать»? Что, как и сколько?

А может, не давать вовсе?! Но сказать себе честно, что спорт, как и многое другое в нашей российской действительности, мы просто теряем. Возможно, безвозвратно. И пусть наши тренеры ездят по заграницам, готовят конкурентов, а потом возвращаются на родину как ни в чём не бывало, и их почему-то также встречают как героев. Спорт теперь бизнес. Товар. Виноватых нет, есть лишь богатые и бедные. Победители и лузеры. А наш «ласковый Миша» в виде «идейного воздушного шарика», кажется, улетел в никуда ещё лет так 20–30 назад.

Печальные итоги. Но иных пока нет. Впервые поймал себя на мысли, что не могу найти «позитивную концовку». И не стану искать. Такая уж нынче правда… Правда?!